Переплыть Камское море. Зачем вообще это делать?
Максим Килеев — из тех людей, которые не умеют сидеть спокойно. За последние годы он объехал большую часть России, пробежал десятки стартов и теперь при поддержке Первого Пермского Бегового запускает заплыв «КМ. Переплыви Камское море».
Мы поговорили с ним о том, зачем людям массовый спорт, почему вода в Чайковском — «шикарная» и в какой момент понимаешь, что все это не зря.
Мы поговорили с ним о том, зачем людям массовый спорт, почему вода в Чайковском — «шикарная» и в какой момент понимаешь, что все это не зря.
— Ты все время в движении: города, старты, новые дистанции. Это попытка догнать что-то или, наоборот, не стоять на месте?
— Скорее не стоять на месте. Я просто не тот человек, который живет по схеме «работа — дом». Если я неделю никуда не еду, начинаю думать: «Так, что-то не так, надо срочно куда-то выбраться».
Я много ездил по России — был уже примерно в 60 регионах. И понял простую вещь: летом можно приехать почти в любую точку страны — и там обязательно будет какой-то старт.
Мне это очень нравится — новые места, новые люди, новые маршруты. Например, я каждый год стараюсь попасть на забег «Европа—Азия» в Екатеринбурге — он почти всегда проходит в мой день рождения и это уже такая личная традиция.
— Как ты сам ощущаешь этот проект? Это больше про спорт или про что-то внутреннее?
— Для меня это в первую очередь про массовый спорт. Есть профессиональные соревнования — чемпионаты России, мира, туда любитель не попадет. А желание быть частью спорта есть у очень многих.
И такие старты как раз дают эту возможность. Причем важно, что это не только про участников. Люди приезжают поддерживать — друзья, семья. Сначала они стоят на берегу и болеют, а через год-два ты смотришь — и вот они уже рядом с тобой на старте. Мне кажется, это и есть настоящая ценность — когда спорт начинает объединять.
— Скорее не стоять на месте. Я просто не тот человек, который живет по схеме «работа — дом». Если я неделю никуда не еду, начинаю думать: «Так, что-то не так, надо срочно куда-то выбраться».
Я много ездил по России — был уже примерно в 60 регионах. И понял простую вещь: летом можно приехать почти в любую точку страны — и там обязательно будет какой-то старт.
Мне это очень нравится — новые места, новые люди, новые маршруты. Например, я каждый год стараюсь попасть на забег «Европа—Азия» в Екатеринбурге — он почти всегда проходит в мой день рождения и это уже такая личная традиция.
— Как ты сам ощущаешь этот проект? Это больше про спорт или про что-то внутреннее?
— Для меня это в первую очередь про массовый спорт. Есть профессиональные соревнования — чемпионаты России, мира, туда любитель не попадет. А желание быть частью спорта есть у очень многих.
И такие старты как раз дают эту возможность. Причем важно, что это не только про участников. Люди приезжают поддерживать — друзья, семья. Сначала они стоят на берегу и болеют, а через год-два ты смотришь — и вот они уже рядом с тобой на старте. Мне кажется, это и есть настоящая ценность — когда спорт начинает объединять.
— Про заплыв. Это для тебя личный вызов или уже больше история про организацию?
— Началось все как личный интерес. Я ездил по стартам, смотрел, как они устроены, и в какой-то момент подумал: а почему бы не сделать у нас?
Локация в Чайковском вообще появилась случайно. Я участвовал в забеге на трамплин, стоял на верху, смотрел вниз — и увидел воду. Просто идеальную. Сразу подумал: здесь нужно что-то делать. Затем мы приехали в администрацию с предложением провести заплыв, и нам сказали: «Где же вы были? Мы вас ждали». Потому что место есть, вода есть — а стартов на открытой воде нет.
И теперь хочется, чтобы этот заплыв стал не разовой историей, а традиция. Как большой марафон, который проходит каждый год и собирает все больше людей.
— Началось все как личный интерес. Я ездил по стартам, смотрел, как они устроены, и в какой-то момент подумал: а почему бы не сделать у нас?
Локация в Чайковском вообще появилась случайно. Я участвовал в забеге на трамплин, стоял на верху, смотрел вниз — и увидел воду. Просто идеальную. Сразу подумал: здесь нужно что-то делать. Затем мы приехали в администрацию с предложением провести заплыв, и нам сказали: «Где же вы были? Мы вас ждали». Потому что место есть, вода есть — а стартов на открытой воде нет.
И теперь хочется, чтобы этот заплыв стал не разовой историей, а традиция. Как большой марафон, который проходит каждый год и собирает все больше людей.
— Что для тебя важнее: самому пройти дистанцию или видеть, как её проходят другие?
— Честно — и то, и другое. Мне важно посмотреть на участников со стороны, увидеть, как они проходят дистанцию. Но и самому проплыть тоже хочется.
Есть внутренние «галочки»: это сделал, это попробовал. И Камское море — это как раз такая история, которую я очень хочу прожить лично.
— Честно — и то, и другое. Мне важно посмотреть на участников со стороны, увидеть, как они проходят дистанцию. Но и самому проплыть тоже хочется.
Есть внутренние «галочки»: это сделал, это попробовал. И Камское море — это как раз такая история, которую я очень хочу прожить лично.
— Бывает момент, когда ты думаешь: «Вот ради этого все и делается»?
— Да. На финише, когда люди выходят из воды, и ты видишь их лица. Видишь, как их встречают — кричат, машут, зовут по имени. Вот эти эмоции — они настоящие. И, наверное, ради них все и происходит.
— Если описать этот заплыв одним словом — что это будет?
— Даже не одним — «преодолеть себя». Мы ведь тренируемся не ради чемпионатов мира. Мы тренируемся для себя. Но все равно хочется какой-то точки — проверить, на что ты способен. И этот старт как раз про это. Не про то, чтобы обогнать других. А про то, чтобы сказать себе: «Я смог».
— Да. На финише, когда люди выходят из воды, и ты видишь их лица. Видишь, как их встречают — кричат, машут, зовут по имени. Вот эти эмоции — они настоящие. И, наверное, ради них все и происходит.
— Если описать этот заплыв одним словом — что это будет?
— Даже не одним — «преодолеть себя». Мы ведь тренируемся не ради чемпионатов мира. Мы тренируемся для себя. Но все равно хочется какой-то точки — проверить, на что ты способен. И этот старт как раз про это. Не про то, чтобы обогнать других. А про то, чтобы сказать себе: «Я смог».